США, Юта: верёвки, динозавры и горы вот такой вышины

[Geofox]

Содержание:
Часть 1: Моаб и раппелинг
Часть 2: Башни Фишера
Часть 3: Динозавры Моаба

Dusty? Of course it’s dusty—this is Utah! But it’s good dust, good red Utahn dust, rich in iron and irony. — Edward Abbey, Desert Solitaire
Пыльно? Конечно пыльно — это же Юта! Но пыль хорошая: красная ютская пыль, замешанная на ржавчине и саркастическом ржании.

[Geofox]

Часть 1

По дороге в Моаб

Прошлогодний заезд в Юту и первый опыт спуска на веревках по каньонам настолько запали в душу, что в этом году мы решили не изобретать велосипед и повторить программу. В качестве базы по-прежнему лучше всего подходил городок Моаб (Moab, UT), с прилетом в Grand Junction — расположенный хоть и в Колорадо, но почти у самой границы с Ютой. А дальше начались отличия.

Вместо того чтобы ехать в Моаб по быстрой и почти всегда пустой I-70, мы свернули с дороги возле города-призрака Cisco на диагональное шоссе Hwy 128 (см. карту).



Почти на всем своем протяжении — 45 миль, или около 72 км — дорога буквально вжимается в изгибы реки Колорадо, за что и получила официальный статус Scenic Byway — живописного маршрута. Местные называют ее проще — river road, «речная дорога».

Хорошая интерактивная карта >>

Пара миль сквозь пустыню, и трасса буквально влетает в ущелье реки Колорадо (Colorado River gorge). National Geographic в свое время лаконично окрестил его словом spectacular («впечатляющее»), а французские и немецкие путеводители годами печатают его фотографии на обложках, заманивая европейских туристов в американскую глушь.



Посмотреть и правда есть на что, особенно в том месте, где видны Fisher Towers — темно-красные шпили песчаника. Туда мы обязательно заглянем чуть позже.

[Geofox]

Затем стены каньона внезапно расступаются, и пейзаж приобретает поистине эпический размах. Шоссе № 128 пересекает сразу две легендарные долины — Castle Valley и Professor Valley. Если вам покажется, что вы это уже где-то видели, вам не кажется. Именно здесь Джон Форд снимал свои классические вестерны «Рио-Гранде» с Джоном Уэйном и «Wagon Master». Да и Голливуд до сих пор время от времени пригоняет сюда съемочные группы — в том числе для автомобильной рекламы.



А потом на карте мы увидели кое-что странное. Влево от основной дороги уходила грунтовка Onion Creek Road (20-я миля), которая примерно стописят раз пересекала одноименный ручей. Стоит ли говорить, что не удержались и свернули.



В это время года воды было совсем мало, так что у арендованного в Гранд-Джанкшене Ниссана проблем не возникло. Зато пересекать ручей вброд оказалось неожиданно весело. Примерно каждые две минуты ребенок радостно вопил:

— Луковый ручей!

И так продолжалось 19 раз на протяжении десяти миль :)

Кстати, «луковым» этот ручей прозвали не потому, что по берегам там растет лук. Название связано с минералами, растворенными в воде, а специфический запах добавляет находящийся неподалеку геотермальный источник с совершенно недвусмысленным названием Stinking Spring — Вонючий ключ. Именно он насыщает воду сероводородом, благодаря чему в некоторых местах каньон начинает благоухать тухлыми яйцами. В холодное время года не чувствуется. В целом, забавное развлечение, которое много времени не займет, а эмоции подарит.

[Geofox]

По правой стороне, между рекой и дорогой, пошли кемпинги, а кое-где появились и симпатичные ранчо с небольшими домиками, которые сдают туристам. А уже перед самым окончанием Hwy 128 и выездом в Моаб мы промчались мимо Grandstaff Canyon с Morning Glory Natural Bridge — той самой арки, с которой спускались на веревках в прошлом году.



Для тех, кто давно не обновлял карты: Grandstaff Canyon — это бывший Negro Bill Canyon. Сегодня официально используется новое название, данное в честь Уильяма Грандстаффа, одного из первых поселенцев этого района. Совет США по географическим названиям тогда проявил редкое единодушие, утвердив новое имя со счетом 12:0 (один член комиссии воздержался). До этого местным властям дважды удавалось отбиться от политкорректных правок и сохранить историческое название.

Сам «Чёрный Билл» — персонаж для истории Моаба довольно примечательный. Темнокожий ковбой родом из Алабамы, он в 1877 году поселился в этих местах и разводил скот в каньоне, который теперь носит его имя. Вода в каньоне была большим преимуществом для ранчо, хотя жить здесь, судя по всему, было совсем не курортно: летом пустыня превращается в настоящую печь. Грандстафф остался здесь на несколько лет, а в 1881 году покинул Моаб и впоследствии перебрался в Колорадо.



Многие местные жители, кстати, не согласны с переименованием каньона. «Зачем переписывать историю? Это как сносить памятники в угоду сиюминутной повестке. История есть история. Если мы прячем её уроки и стыдливо замазываем старые названия, мы просто перестаем на них учиться».

Так или иначе, на новых указателях теперь красуется Grandstaff, а мы въезжаем в Моаб.

[Geofox]

Моаб

Что же изменилось за год? Во-первых, дорога через город. Наконец-то исчезли бесконечные дорожные работы, конусы и пробки, а вместо них появилось вполне приличное покрытие со свежей разметкой.



Во-вторых, на въезде почти полностью ликвидировали знаменитое «бельмо на глазу» — гигантскую радиоактивную кучу. История у нее вполне в духе времен холодной войны. Тогда здесь построили Atlas Uranium Mill — урановый завод, который считался одним из самых эффективных предприятий в мире по переработке радиоактивной руды. Он мгновенно превратил сонный, Богом забытый поселок в бурлящий город с огромной движухой.



Но когда в 1984 году спрос на 92-й элемент упал и производство закрыли, Моабу досталось опасное наследство: 25-метровая насыпь токсичных отходов весом 16 миллионов тонн. Всего в трех милях от центра города!

Уран — тяжелый общеклеточный яд, бьющий по почкам и нервной системе, а его аэрозоли смертельно опасны при вдыхании.



Долгое время вся эта дрянь вымывалась дождями в грунтовые воды и реку Колорадо. Масштабный проект по очистке территории UMTRA (Moab Uranium Mill Tailings Remedial Action) запустили еще в 2003 году с расчетом закончить к 2034-му. Но федералы вовремя ускорились, перенеся дедлайн на конец 2025 — начало 2026 года. И прогресс действительно виден невооруженным глазом: от колоссальной горы отходов почти ничего не осталось, ее активно вывозили поездами в специальное хранилище в Crescent Junction. (Update: В сентябре 2025-го Министерство энергетики США объявило, что все 16 миллионов тонн первоначальной кучи вывезены. А в апреле 2026-го уже официально отметили завершение операции).

[Geofox]

Ну и третье изменение — лавинообразный рост отелей. Гостиничный бизнес здесь превратился в золотую жилу. При постоянном населении Моаба всего в 5 тысяч человек, сюда ежегодно приезжает около 3 миллионов туристов. И всем этим миллионам нужно где-то спать, смывать с себя песок Юты и парковать свои внедорожники.

В прошлый раз мы останавливались в мотеле Moab Rustic Inn, а в этот решили выбрать что-нибудь совсем новое. Глаз упал на свежак — гостиницу Radcliffe Moab, построенную буквально прошлым летом (сейчас она уже сменила вывеску на Gravity Haus Moab). Похоже, в названии тоже решили обыграть местную радиоактивную историю.



Главная фишка номеров здесь — невероятно эргономичная стена со штырями, крюками и креплениями. Сюда приезжают чтобы попробовать свои силы в скалолазании, покататься на горных велосипедах и квадроциклах по ютовским холмогорам, сплавиться по реке Колорадо, да и просто походить по тропам, которых в окрестностях несчетное количество. А значит, спортивного барахла у постояльцев обычно много: рюкзаки, шлемы, куртки, велосипеды и прочая экипировка, которую в обычном гостиничном номере приходится распихивать куда попало. Здесь же для всего этого предусмотрена целая стена. Очень практично — и заодно сразу напоминает, зачем вообще люди сюда приехали.

Кроме того, на первом этаже у них расположен ресторан “Il Posto Rosso”, с очень вкусными и красивыми завтраками и ужинами (недешево). Но дело даже не в этом, а в кофе. Местный капучино за $5 оказался безоговорочно лучшим в городе. А ведь мы, честно говоря, провели целую кофейную инспекцию. Посетили и местные кофейни, и жутко раскрученный Moab coffee roasters, куда ходить вообще не надо — кофе у них дрянь, чего уж никак не ожидаешь от заведения со словом “roasters” в названии и сотнями отзывов на TripAdvisor (кто все эти люди?!).

Короче говоря, идеальный кофе в Моабе был найден опытным путем в нашем же отеле.

Раппелинг

Утром следующего дня, не откладывая дело в долгий ящик, мы отправились на раппелинг. Напомню, что раппелинг — это контролируемый спуск по веревке с отвесной скалы. Обычно он не относится к водным развлечениям, но бывает, что маршруты проложены прямо по руслам небольших водопадов, где в конце надо сигать в воду. В осенне-зимний период раппелинг в Юте по преимуществу «сухой».

[Geofox]

Обратиться решили к главным профи в городе — в старейшую контору Moab Cliffs and Canyons. В отличие от других компаний, которые работают по принципу «с миру по нитке», то бишь и велосипеды арендуют, и квадроциклы, и рафтинг у них тоже есть, эти ребята по мелочам не размениваются, а прямо заявляют: «Мы гордимся тем, что являемся узкими специалистами в скалолазании и каньонеринге, и не предлагаем никаких других туров!»

Вот это я понимаю — специализация.

Именно их гиды ставили трюки и обеспечивали безопасность на съёмках нашумевшего фильма “127 hours” с Джеймсом Франко. Того самого, про застрявшего в ютовском каньоне альпиниста Арона Ралстона. Кино, кстати, отличнейшее — кто не видел, горячо рекомендую.

Выбрали тур с гидом на полдня (5 часов) в каньоне Bow and Arrow Canyon (Лук и стрелы). Экскурсия планировалась групповой, но по факту превратилась в приватную: остальные участники то ли испугались, то ли проспали, что в Моабе случается сплошь и рядом.



Программа-минимум выглядела вполне убедительно: двухмильный трек по скалистому плато и четыре спуска, два из которых — с приличной высоты в 110 футов (около 33 метров).

Маршрут рассчитан на детей от 10 лет и при этом не требует от вас навыков человека-паука. Перед каждым спуском гид несколько раз проговаривает инструкции, проверяет, все ли их действительно поняли, и лично контролирует веревки, страховку и крепления.



Стартовал маршрут от парковки возле начала тропы с веселеньким названием Poison spider trail (.pdf map) в 10 милях от центра Моаба, на берегу реки Колорадо. Эти земли находятся под крылом BLM (Бюро по управлению земельными ресурсами).

[Geofox]

И, как мы усвоили еще в прошлом году во время похода к арке Корона, на территориях BLM зачастую прячутся куда более интересные редкости, чем в зацелованных туристами и строго зарегулированных национальных парках.



Сама тропа круговая, длиной 13,5 мили, но нам предстояло пройти лишь небольшой ее отрезок, а затем свернуть на Long Bow Arch Trail. Начинается она сразу с довольно крутого подъема, но минут через пять стоит притормозить ради динозавров и петроглифов.



Прямо у поворота тропы лежит огромная глыба песчаника Навахо. Когда-то этот кусок откололся от скального массива, рухнул вниз — и неожиданно явил миру свой секрет: отлично сохранившиеся отпечатки лап как минимум десяти хищных динозавров. Эти ребята топтали местную грязь примерно 200 миллионов лет назад, в раннем Юрском периоде. Следы относят к эубронтам (Eubrontes) и гралляторам (Grallator) — трехпалым двуногим динозаврам. Гралляторы были относительно мелкими, примерно с индейку, а эубронты вырастали почти до трех метров в длину.

[Geofox]

А на той самой стене, откуда прилетел этот «привет из мезозоя», остались следы уже человеческой жизнедеятельности. Этим петроглифам от 1500 до 4000 лет, и оставили их индейцы культур Фримонт и Анасази. Древние художники выбивали на камне классику: сцены охоты на оленей, толсторогов и вилорогих антилоп. Но попадаются и явные зарисовки шаманских обрядов.

Ритуальный танец и мужик слева с «бластером», конечно, порадовали. Привет любителям теорий о палеоконтактах и древних пришельцах!



Но самое интересное — как именно эти рисунки становились видимыми.

Поверхность здешнего песчаника покрыта темной коркой, которая называется desert varnish — пустынная глазурь. Это очень тонкое природное покрытие, состоящее главным образом из соединений марганца и железа с участием глинистых частиц. Оно формируется на открытой поверхности породы чрезвычайно медленно — буквально в течение тысячелетий.

Поэтому здешние скалы местами выглядят так, будто кто-то специально провел по ним черной кистью. И если присмотреться, можно заметить любопытную вещь: черное здесь часто означает не старое, а, наоборот, новое. Когда кусок скалы откалывается, под ним оказывается свежий светлый песчаник. Со временем на его поверхности снова начинает формироваться темная корка.

Именно этим и пользовались древние художники. Они процарапывали или выбивали рисунок в темной поверхности, обнажая светлый песчаник под ней. А дальше природа принималась за свою работу: на изображении постепенно снова начинал нарастать темный desert varnish.



Далее последовал короткий подъем по металлическим скобам, вбитым прямо в отвесную скалу. Пять минут карабканья — и мы уже на высоте 1300 метров, на высокогорном плато.

[Newa]

Geofox, ох и красота. Фотографии сказочные. Спасибо, что дарите возможность это увидеть.

[Geofox]

Вся эта территория сложена из песчаника Навахо, который здесь называют slickrock — буквально «скользкий камень». Термин придумали первые пионеры-переселенцы. Тяжело груженные телеги застревали на этих каменных волнах, а лошади, подкованные обычным железом, скользили по гладкой породе почти как по льду — особенно после редкого пустынного дождя.

Современная трекинговая обувь, правда, с этим рельефом справляется куда лучше: сцепление настолько хорошее, что можно спокойно шагать по склону под углом в 45 градусов и чувствовать себя вполне уверенно.



Буквально полмили по плоскогорью — и перед нами распахивается широкий каньон, увенчанный колоссальной каменной дугой.



Longbow Arch (Арка Длинный лук) с пролетом около 18 метров — одна из самых впечатляющих в окрестностях Моаба. Масштаб по-настоящему оцениваешь только вблизи: снизу она напоминает свод древнего готического собора.

[Geofox]

Здесь мы перекусили перед дальнейшей дорогой, и надели страховочные обвязки (harnesses) для раппеллинга.



Дальше шли позвякивая и бряцая металлическими карабинами. Кстати, каждый нёс сам всё свое снаряжение в специальных рюкзаках, выданных на регистрации. Не надо думать, что гид будет за вас таскать все причиндалы, он и так несет кучу веревок и тросов.



В этот раз нашим проводником стал Джейк — поджарый, спортивный парень, который уже не первый сезон подрабатывал гидом в Моабе. В этой индустрии случайных людей нет: гиды проходят серьезную подготовку по оказанию первой помощи в дикой природе (Wilderness First Responders), а за плечами у многих — реальная служба в поисково-спасательных отрядах (Search and Rescue).



Джейк профессионально занимался альпинизмом, успел облазить кучу стен в Европе и Южной Америке и отличался абсолютным, железобетонным спокойствием. Впрочем, суетливые и нервные в этой профессии, наверное, просто не задерживаются.

[Geofox]

Первый спуск оказался скромным — такой технический тест-драйв для разминки. В прошлом году нас вели два гида: один страховал сверху, а второй уходил вниз первым, чтобы встречать туристов и отцеплять их от веревок на приземлении. Сейчас лафа закончилась. Джейк оставался наверху и страховал нас через верхнюю точку, а внизу отщелкиваться от веревок приходилось самостоятельно.

Мы выстроили логичную цепочку: сначала на разведку ушел муж, за ним дочка, потом я, а замыкал шествие Джейк. Все справились с первым препятствием без проблем. Адреналин весело побежал по венам, и мы почувствовали себя готовыми к настоящим подвигам.



Минут через 20, пройдя по гребню скалы, оказались на краю обрыва. Что там внизу было непонятно, поскольку заглянуть через край не было никаких сил. В этом и есть главная ментальная сложность раппелинга – преодолеть психологический барьер и сделать первый шаг в пропасть, которому противится каждая клеточка твоего тела. Задом :)



Джейк рассказал, что бывали случаи, когда люди просто не могли отцепить от него руки.

— И как ты их отдирал? — спрашиваю.

— Да как… Дружеский пинок под зад — и полетел навстречу приключениям!

Шутка, конечно. В экстренных случаях гиду приходится спускать паникера на себе в тандеме. Развернуться и пойти пешком обратно к машине нельзя: суровый контракт, который ты подписываешь перед выходом на маршрут, обратного пути не предусматривает. Так что собираешь остатки воли в кулёк — и вперед. Наверное, похожие ощущения испытывают люди, когда прыгают с парашютом.

Физика раппелинга безжалостна и идет вразрез с логикой испуганного человека. Чтобы спусковое устройство (в нашем случае — надежная алюминиевая «восьмерка» или АТС) корректно распределяло вес и плавно выдавало веревку, нужно полностью довериться обвязке: максимально откинуться корпусом назад и практически лечь на воздух, выпрямив ноги перпендикулярно скале. Но инстинкт-то орет совсем другое! Инстинктивно хочется нежно обнять теплый песчаник Навахо, прижаться к нему всем телом и тихонечко сползти вниз жалкой улиткой по склону.

[Geofox]

Обычно во время раппелинга ты постоянно чувствуешь ногами стену: спускаешься по ней шагами, а при желании можешь даже лихо отталкиваться, воображая себя спецназовцем на штурме. Но этот спуск приготовил сюрприз: примерно через десять метров скала под ногами резко ушла вглубь, и настал тот самый момент «свободного виса». Стены больше нет. Есть только ты, тонкая нить статической веревки и звенящая пустота вокруг. До земли оставалось еще метров двадцать (хотя мозг, сошедший с ума от ужаса и высоты, упорно транслировал цифру 50).

Однако, как ни странно, висеть в воздухе без опоры оказалось не так страшно, как делать тот самый первый шаг с края плато.





Второй спуск оставил, наверное, самые сильные впечатления: как будто в голове взрывается пиньята, начиненная чистым дофамином. Ноги мелко дрожали, а в мыслях происходила тотальная принудительная перезагрузка матрицы.

[Geofox]

Третий спуск прошел по извилистому, сухому руслу каньона. Здесь обошлось без прыжков в никуда: мы с самого начала четко видели финишную точку. В такие моменты, когда панический страх отступает, появляется отличный шанс поработать над техникой. С веревкой поработать более рационально, перехватить получше, ногами отталкиваться более эффективно.



Финальный, четвертый аккорд — и снова отвесная стена высотой около 30 метров. Мы в очередной раз поразились олимпийскому спокойствию Джейка. Обстоятельный, дотошный профессионал, он абсолютно никуда не торопился. С невозмутимым видом он выискивал в скале надежные анкеры, методично продевал веревки, щелкал карабинами и попутно травил местные байки. Человек определенно поймал свой дзен и жил в нем.)

[Geofox]

Внизу всех накрыл восторг. Да чего уж там — сиял даже наш проводник.

— Мы сделали это! Вы сделали это!

Джейк похвалил нашу технику и отметил несколько сильных сторон. Возможно, этот дежурный комплимент выдается всем туристам без исключения, но черт возьми, после пережитого это было невероятно приятно слышать.



Смотав и упаковав веревки и обвязки, двинулись к парковке прямо по обочине шоссе. Идти было минут десять — таким образом, мы проделали практически полный круг по скалам.

После такого эмоционального коктейля планировать на остаток дня какие-то культурные активности было бы полным безумием. Мозг требовал тишины, вкусняшек и возможности просто прийти в себя.

А вот дальше… Дальше тоже будет интересно.

Тизер:



Продолжение следует...

[Geofox]

Geofox, ох и красота. Фотографии сказочные. Спасибо, что дарите возможность это увидеть.

Newa, спасибо, что заглянули!

[Alisia]

Ох как круто! Теперь у меня появилась новая мечта, хочу это попробовать. Я обажаю все, связанное с высотой. Вот именно, когда потом коленки трясутся.

[Blanati]

Geofox, какие то марсианские пейзажи!!!Спасибо за возможность их увидеть,сами точно никогда не попадём в те края.

[Geofox]

Ох как круто! Теперь у меня появилась новая мечта, хочу это попробовать. Я обажаю все, связанное с высотой. Вот именно, когда потом коленки трясутся.

В Юте куча возможностей, чтоб коленки тряслись
На самом деле, спуск по веревкам не так сложен, как кажется со стороны. А психологически да, требует усилий.