11 утра 08.01.2020, Индийский океан 05”07.75 S/050”29.27 E
Свет на корабле пропал всего на 32 минуты. И как только он пропал, по громкой связи прозвучало:
«Семь коротких и один длинный гудок».
Я открыл шкаф, размышляя: жилет надевать или в руках нести?
Туалет не работал, а сейф работал.
«Сходить в туалет напоследок, или как?», - мелькнуло в голове.
Взглянув в окно, я не увидел, что с кораблём что-то не так.
Казалось, что он всё так же продолжает двигаться вперёд, догоняя линию горизонта.
Наверное, по инерции.
Голова после вчерашнего болела жутко.
А вчера ведь было Рождество, все так веселились, отплясывая.
Зачем я столько выпил? Голова работала ещё медленнее, чем руки.
«Что же делать в такой ситуации, что брать с собой?»
Паспорта забрали ещё в первый день при посадке.
«Неужели они потонут вместе с кораблём? Или будет ответственное лицо, оберегающее их? Разберёмся.»
Нет, ну вот как домой вернуться? А там две визы свежих, долго действующих.
Я так их хотел заполучить. И что теперь?
Тишина стояла - не могу передать.
Не было слышно ничего, только лёгкий шум в коридоре и быстрые суетливые шаги.
«Захватить может что-нибудь из мини-бара?», - мелькнуло опять в голове.
Кто потом что там будет считать?
Тепло одеваться, или в шортах выходить к месту сбора, к своей эвакуационной станции?
Надо было бы дочке позвонить, и маме тоже, и брату, и на работу.
А «волны» нету совсем. Никакой. Какая-то тавтология в голове: волны за бортом как раз-таки много, даже чересчур,
а вот «волны» хоть какого-нибудь мобильного оператора - нету.
До ближайшего берега Африки, что до Кении, что до Танзании, примерно одинаково - 388 морских миль. Далеко.
Двигатель молчал.
Когда он работает, всегда под ногами ощущается лёгкая вибрация.
А сейчас всё тихо, и в коридоре темно.
Может, в маленький чемодан загрузить всё необходимое?
А что вот это - необходимое?
Открыв сейф, я посмотрел на наличные деньги, на банковские карточки и на драгоценности жены. Хмуро улыбнулся.
«И вот что теперь со всем этим делать в океане?»
Карточки вот точно не понадобятся.
Где-то что-то внизу гудело, стучало по железу, и были слышны голоса.
Если всех начнут садить в шлюпки, то мест по идее должно хватить всем.
«Всё же просчитано», - успокаивал я сам себя.
Как же одеться? На «улице» вот точно +30 по Цельсию.
«А что с акулами в этих краях?»
Глупости сплошные в голове.
Я надел джинсы, в которых прилетел, майку с длинным рукавом, взял свой портовый рюкзак, положил туда 2 бутылки воды,
одну грушу, одно яблоко, маленькую бутылку виски и рулон туалетной бумаги зачем-то.
Открыв дверь каюты, я шагнул в коридор, и в это время на всём корабле загудело, и зажёгся яркий свет.
В коридоре стояли по-зимнему одетые люди, и некоторые даже с чемоданами.
«Хорошо, что я чемодан не взял», - подумал я про себя.
Света не было 32 минуты, а мыслей-то сколько пронеслось в хмельной голове.
Позже я узнал, что в машинном отделении произошёл пожар, и система пожаротушения сработала очень странным образом,
издав сигнал об эвакуации.
32 минуты экипаж внизу боролся с огнём.
А капитан, между прочим, не произнёс за эти 32 минуты ни слова.
Руки я ему больше при встрече не подам.
Хорошо, что всё закончилось хорошо.
Если буквы покрасить синим они не станут ссылкой 